Белый континент долго скрывался за стеной льда и тумана. Моряки видели лишь бескрайние ледяные поля, а картографы рисовали на юге фантастическую «Терра Австралис». Реальное открытие Антарктиды произошло не в один день и не одним человеком. Это была серия почти одновременных встреч с неизвестным берегом в январе 1820 года.

Три экспедиции — российская, британская и американская — подошли к краю материка с разными целями. Одни искали новые земли по приказу императора, другие охотились на тюленей, третьи выполняли военное задание. Их журналы до сих пор вызывают споры среди историков. Кто же первым увидел Антарктиду?

Ответ зависит от того, что считать открытием: ледовый барьер, прикреплённый к суше, или уже скалистые горы полуострова. Современная наука склоняется к тому, что первый взгляд бросил экипаж шлюпов «Восток» и «Мирный».

Предыстория: Кук подошёл, но не увидел

В 1772–1775 годах капитан Джеймс Кук на кораблях «Резолюшн» и «Эдвенчер» трижды пересёк Южный полярный круг. 30 января 1774 года он достиг 71°10′ южной широты — рекорд, который продержался почти полвека. Льды остановили его в десятках миль от берега. Кук сделал вывод: если на юге и есть земля, она непригодна для жизни и покрыта вечным льдом.

Его отчёт надолго охладил энтузиазм. Однако тюленебои и китобои продолжали продвигаться на юг в поисках новых промыслов. В 1819 году британский капитан Уильям Смит случайно открыл Южные Шетландские острова. Это подтолкнуло сразу несколько стран к новым походам.

Российская экспедиция Беллинсгаузена и Лазарева

В июле 1819 года из Кронштадта вышли два шлюпа: «Восток» под командованием Фабиана Готлиба фон Беллинсгаузена и «Мирный» под руководством Михаила Лазарева. Задача была чёткой — пройти дальше на юг, чем Кук, и проверить, существует ли большой материк.

27 января 1820 года (по григорианскому календарю) корабли оказались на широте 69°21′ южной и долготе около 2°14′ западной. Перед ними поднялась высокая ледовая стена. Беллинсгаузен записал в журнале, что видит «матерый лёд» — сплошной, неподвижный, похожий на берег. Сегодня историки считают, что это был край шельфового ледника Фимбул близ Земли Королевы Мод.

Именно этот момент большинство современных исследователей признаёт первым достоверным наблюдением антарктического материка.

Экспедиция не смогла подойти ближе из-за сплошного льда. Беллинсгаузен тогда ещё не был уверен, что перед ним континент. Лишь позднее, когда его журналы перевели точнее, выяснилось: описание идеально совпадает с реальным видом ледникового шельфа.

Британский взгляд: Брансфилд и полуостров Тринити

Всего через три дня, 30 января 1820 года, британский офицер Эдвард Брансфилд вместе с Уильямом Смитом на корабле «Уильямс» увидел нечто иное. Они подошли к северному краю Антарктического полуострова — земли, которую назвали Тринити. В журнале появилась запись о «высоких горах, покрытых снегом».

Брансфилд чётко различил скалистый берег, а не только ледовый барьер. Британская историография долго настаивала, что именно он открыл материк, потому что увидел настоящую сушу. Разница в несколько дней и разные части континента создали классический исторический спор.

Американские тюленебои: Палмер и первая высадка

В ноябре 1820 года молодой капитан Натаниэль Палмер на крошечном шлюпе «Хиро» тоже увидел берега Антарктического полуострова. Он искал тюленей и не планировал научных открытий. Позднее американцы активно продвигали его приоритет, особенно после встречи с Беллинсгаузеном у острова Десепшен в феврале 1821 года.

А вот первая документально зафиксированная высадка на материк произошла 7 февраля 1821 года. Капитан Джон Дэвис с американского судна «Сесилия» отправил шлюпку к бухте Хьюз на западном побережье полуострова. Экипаж пробыл на берегу меньше часа, ища тюленей, и ничего не нашёл. Дэвис записал: «Считаю, что эта южная земля — континент».

Этот эпизод долго оставался почти незамеченным, потому что тюленебои держали маршруты в тайне. Лишь в середине XX века журналы подтвердили событие.

Данные сведены по материалам National Geographic и Britannica.

Почему спор не утихает

Разница между ледовым шельфом и скалистым берегом кажется мелочью лишь на бумаге. Для мореплавателей XIX века это было принципиальное различие. Беллинсгаузен видел сплошную ледяную стену и не утверждал, что открыл континент. Брансфилд чётко описал горы. Палмер и Дэвис работали на промысел и почти не публиковали результатов.

В советской историографии приоритет Беллинсгаузена стал почти догмой. В британской и американской традициях акцент делали на более «твёрдых» наблюдениях. Сегодня большинство независимых исследователей признаёт: российская экспедиция была первой по времени, а британская — первой, кто однозначно идентифицировал сушу полуострова.

Открытие Антарктиды — это коллективный процесс, растянутый во времени, а не один героический момент.

Что произошло дальше

После 1820 года на юг устремились десятки судов. В 1830–1840-х годах Джеймс Кларк Росс открыл море, носящее его имя, и огромный ледовый барьер. Французская экспедиция Дюмон-Дюрвиля увидела Землю Адели. Американская экспедиция Уилкса прошла вдоль тысячи миль берега и впервые заявила, что это именно континент.

Настоящее научное освоение началось лишь на рубеже XIX–XX веков. Первая бесспорная высадка с научными целями произошла в 1895 году на мысе Адер. А Южный полюс покорили лишь в 1911 году.

Сегодня Антарктида — континент без суверенитета, защищённый Договором об Антарктике 1959 года. На её территории работают научные станции десятков стран, в том числе украинская «Академик Вернадский». Ледники, которые увидели моряки двести лет назад, сейчас внимательно изучают как индикатор изменений климата.

История открытия Антарктиды напоминает, что великие географические открытия редко принадлежат одному человеку. Это всегда цепь встреч, ошибок, смелых решений и случайностей. 27 января 1820 года кто-то впервые увидел белую стену на горизонте. Через три дня кто-то другой разглядел горы. А ещё через год кто-то ступил на снег. Каждый из этих шагов был необходимым.

Белый континент больше не скрывает своих берегов. Но вопрос «кто открыл Антарктиду» до сих пор заставляет перелистывать старые журналы и сравнивать координаты. И в этом — особая красота географической истории.