Если открыть кошелек в Бейруте, картина редко бывает «чисто ливанской». Рядом с зелеными и розовыми купюрами с кедром лежат помятые сотни США. Это не туристический каприз. Так страна научилась выживать, когда собственные деньги за несколько лет потеряли почти всю покупательную способность.

Ниже — не сухая справка, а карта местного денежного мира: как называть валюту, на какой курс смотреть, что брать с собой и где легко обжечься.

Как правильно называть ливанские деньги

По-русски чаще всего говорят «ливанский фунт». В английском ISO закрепил именно Lebanese pound, отсюда код LBP. В самой стране на устах другое слово — лира. По-арабски это ليرة لبنانية, по-французски — livre libanaise. Все три названия обозначают одну и ту же единицу.

Формально фунт делится на 100 пиастров (киршей). На практике эта мелочь давно мертва: инфляция «съела» ее еще в 1980-х, и никто не считает пиастрами ни кофе, ни проезд. Цифровой код валюты — 422.

Запомните три буквы LBP и курс около 89 500 за доллар — этого достаточно, чтобы не путать ливанский фунт с ливийским динаром или сирийской лирой, которые туристы иногда путают на слух.

Центральный банк — Banque du Liban, сокращенно BDL. Именно он печатает банкноты, объявляет ориентир курса и пытается удержать хрупкое спокойствие после лет хаоса с несколькими параллельными ценами доллара.

Курс: один доллар и несколько реальностей

До осени 2019 года ливанский фунт почти четверть века стоял как скала: 1 507,5 LBP за 1 USD. Это была витрина «Швейцарии Ближнего Востока». Потом витрина треснула.

Сначала появился уличный курс. Потом банки ограничили снятие долларов. Потом государство допустило дефолт по евробондам. Официальная цифра еще долго притворялась, будто ничего не случилось, тогда как на площади Хамра доллар уже стоил тысячи, потом десятки тысяч фунтов.

В феврале 2023 года Банк Ливана сдвинул официальную отметку до 15 000 LBP за доллар — девальвация примерно на 90%. Рынку этого было мало. Летом 2023-го курс стабилизировался около 89 500, а с конца января 2024-го именно эту цифру банки начали ставить в свои балансы. По состоянию на сентябрь 2026 года международные котировки колеблются около 89 550 LBP за доллар, тогда как в статистике BDL фигурирует ровный ориентир 89 500.

Отдельная вселенная — так называемый лолар (lollar). Это доллары, которые зависли в банковской системе еще до кризиса. Снять их «живыми» зелеными почти невозможно. Люди получают фунты по внутреннему, унизительному курсу около 15 000 LBP за «банковский» доллар, то есть примерно 17 центов реальной стоимости. Зато fresh dollar — наличность, привезенная из-за границы, или новый перевод — имеет полную силу.

Источник ориентира официального ряда — статистика Banque du Liban.

Краткий сюжет падения

Ливанская денежная история похожа на роман с несколькими обложками. Сначала османская лира, после Первой мировой — египетский фунт, затем общая валюта Сирии и Ливана под французским мандатом. Собственный ливанский фунт окончательно отвязали от сирийского в 1948–1949 годах. Банк Ливана как эмиссионный центр появился в 1963–1964 годах.

Взрыв в порту Бейрута в августе 2020 года, пандемия, политический вакуум и более поздние военные удары лишь усилили бегство от национальной купюры. Люди начали мыслить в долларах даже тогда, когда в руках держали пачку фунтов.

Мифы, которые мешают понять ливанский кошелек

Что лежит в кошельке: банкноты и почти невидимые монеты

Современный ряд бумажных денег — это шесть номиналов. Монеты формально существуют, но после обвала курса они больше похожи на сувенир, чем на средство платежа.

Самая крупная купюра в обращении — 100 000 фунтов. Парламент уже давал Банку Ливана право печатать 500 000 и даже 1 000 000 LBP: после обесценения пачка «соток» стала неудобно толстой для крупных платежей в национальной валюте. Пока что в повседневности господствуют привычные номиналы.

Дизайн современных серий намеренно «непортретный». Вместо политиков — кедр Ливана, виноград, пшеница, геометрические квадраты и прямоугольники. Шестнадцать квадратов на лицевой стороне напоминают о восстановлении кварталов и о вратах центрального банка. Двадцать пять прямоугольников на обороте — о единстве районов страны. Водяной знак снова кедр. Есть тактильные элементы для незрячих, микротекст, движущаяся защитная лента, краска, меняющая цвет при наклоне.

Отдельный коллекционный мир — полимерная 100 000 2020 года к столетию Великого Ливана: площадь Нежме, скалы Рауше, финикийский корабль. Красивая вещь для альбома, не для овощного рынка.

Монеты 50, 100, 250 и 500 фунтов еще встречаются в ящиках. Платить ими никто особенно не рвется: даже «пятьсот» стоят меньше цента.

Как платят в стране на самом деле

Зайдите в пекарню в Триполи — вам могут назвать цену в фунтах. Сядьте в ресторан в Геммайзе — меню часто в долларах, а сдачу иногда отсчитают смесью зеленых и местных купюр. Аптека, заправка, арендодатель, сервис генератора — везде своя микросделка.

В 2026 году туристическое ведомство отдельно напомнило заведениям гостеприимства: цены должны быть в лирах, а гость имеет право платить либо LBP, либо долларами по курсу на день расчета. На бумаге это защита потребителя. На улице привычку «все в USD» так быстро не стереть.

Денежные переводы диаспоры, «свежие» счета в банках и сети обменников вроде OMT, Whish Money, BoB Finance частично заменили классический банкинг. Именно туда люди несут наличность, когда нужно отправить семье или разменять сотню на мелкие купюры.

По опыту разговоров с теми, кто ездит в Бейрут регулярно, меньше всего нервов у того, кто везет чистые мелкие доллары и меняет только столько фунтов, сколько нужно на день-два — не на весь отдых заранее.

Что стоит знать путешественнику

Ливан — не та страна, куда едут «как есть, разберемся на месте с картой». Карта может сработать. Может и нет. Наличность остается страховкой.

• Везите с собой доллары разного номинала: сотни для крупных трат, двадцатки и единицы для такси, чаевых, уличных киосков.
• Купюры должны быть ровными, без надписей и надрывов.
• Евро тоже меняют, но доллар — король прилавка.
• Аэропорт и гостиничный ресепшен редко дают лучший курс.
• Лицензированный сарраф в Хамре, Даунтауне или возле AUB обычно ближе к рынку.
• Фунтов берите немного: пачка 100 000 быстро толстеет, а курс может снова дернуться.
• Чеки, «банковские доллары» и предложения «я тебе переведу на карту с огромной скидкой» — территория лоларовской магии, не туризма.

В нашей практике подготовки людей к поездкам на Ближний Восток повторяем простое правило: бюджет считайте в долларах, мелочь — в фунтах, нервы — не измеряйте курсом из утреннего чата. Курс 89 500 держится уже не один сезон, но Ливан умел удивлять и раньше.

Сравнение с гривной и соседями

Для ориентира из Киева удобно держать в голове не «сколько стоит один фунт», а «сколько фунтов в долларе». Один доллар — это примерно 89,5 тысячи LBP и одновременно около 44,5 грн по официальному украинскому курсу начала сентября 2026 года. Значит, самая крупная ливанская купюра 100 000 — это примерно полсотни гривен. Отсюда ощущение, будто в Бейруте все миллионеры: миллион фунтов — лишь около одиннадцати долларов.

Сирийская лира — другая история и другая бумага. Ливийский динар — вообще другая страна. Путаница в названиях «лира / фунт / динар» дорого стоит только тем, кто меняет деньги на глаз, не глядя на код LBP.

Соседи по региону тоже знают, что такое множественные курсы. Уникальность Ливана в другом: банковская система когда-то была гордостью, а потом превратилась в сейф, из которого трудно вынуть собственные же доллары.

Что изменилось в денежной жизни к 2026 году

Самая громкая новость последних сезонов — не новый обвал, а относительная тишина. После июля 2023 года пара USD/LBP почти перестала прыгать каждую неделю. Банк Ливана прекратил финансировать государство «с колес», сжал наличную массу в фунтах и прижал спекулятивные обменные площадки. Ликвидные валютные активы регулятора снова пошли вверх по сравнению с худшими годами кризиса.

Это еще не «отремонтированная» валюта. Замороженные депозиты никуда не делись. Закон о распределении убытков банковской дыры до сих пор политически ядовит. Инфляция снизилась, но цены в долларовом измерении для многих семей остаются тяжелыми. Туризм и денежные переводы держат оборот свежей валюты, однако это хрупкая опора.

В августе 2026 года регулятор отдельным циркуляром еще жестче прописал правила для пунктов обмена: капитализация, лицензии, прослеживаемость. Параллельно банки ограничили «гуляние» инкассовых чеков в валюте. Лолар на вторичном рынке держится около 17 центов за номинальный банковский доллар — горькая, но уже привычная арифметика.

Для гостя это значит проще, чем в 2021–2023 годах: меньше ежедневной рулетки курса. Для местного — что национальная купюра снова выполняет роль мелкой монеты, а настоящая сберегательная единица, как и раньше, лежит в конверте с надписью USD.

Ливанский фунт не исчез. Он просто похудел до размера сдачи. Кедр на банкноте все еще красив. Его бумага просто больше не обещает того, что обещала в девяностых: спокойную ночь без мысли, сколько нулей добавит утро.